Новости

Союз Реставраторов России

Общероссийская общественная
организация, объединяющая профессионалов
в области реставрации

МЕНЮ

Союз реставраторов России: планы, задачи, перспективы

Интервью с президентом Союза В.Н. Фатиным

ДАТА
13 Июля 2015

«Реставраторы сегодня работают не благодаря, а вопреки»

Вячеслав Николаевич, почему решили создавать Союз реставраторов? Это требует определенных усилий, ресурсов, времени, а момент сейчас, прежде всего с точки зрения экономики, не самый простой...

– Если мы хотим сохранить реставрационное дело в нашей стране, то именно в сложившейся ситуации союз актуален как никогда. Сегодня повсеместно слышны возгласы от профессионалов, что отрасль находится в кризисе, что накопилось множество проблем и в законодательстве, и в методологии, и в образовательной сфере. Именно теперь и назрел такой момент, когда пора объединить эти разрозненные голоса и направить их в конструктивное русло, чтобы совместными усилиями заняться решением наших проблем. Мы будем устраивать конференции и совещания. Союз станет статусной площадкой, которая объединит и столичные реставрационные центры, и реставрационные организации из регионов, где, безусловно, есть и свое видение накопившихся проблем, и множество инициатив, и желание изменить ситуацию. Не секрет, что официальные письма от имени руководителей организаций или выступления от лица какой-то группы специалистов редко когда достигают у нас цели. Теперь мы будем выступать от имени Союза, у нас появится статус и возможность доносить наше мнение и наши предложения до правительства, до Министерства культуры, до Совета Федерации.

Какие проблемы в реставрационной отрасли сейчас стоят наиболее остро?

– Нерешенных проблем накопилось, действительно, очень много. Начнем с того, что у нас нет как такового системного определения нашей отрасли и профессии — нет кодов ОКВЭД, не ведется статистики, из-за чего нет возможности организовать нормально профессиональную деятельность, даже в плане ценообразования на реставрационные работы— у нас до сих пор нет объективной тарификации. По существующей практике, просто берется средняя заработная плата строителя по региону и умножается на коэффициент реставратора, установленный когда-то в советские времена, — конечно, это ненормально. У нас очень много вопросов к законодательной базе, регулирующей проведение реставрационных работ. Нам необходимы поправки к действующему сейчас Градостроительному кодексу и Федеральному закону №73. Например, это касается прохождения Главгосэкспертизы, которая ориентирована на объекты капитального и нового строительства и совершенно не адаптирована для объектов культурного наследия. Они просто не могут соответствовать нормативам, рассчитанным для новых зданий, — например, в отношении конструкции или пожарной безопасности. Если бы мы, скажем, попытались выдержать все современные нормативы в отношении какого-нибудь уникального собора, построенного несколько столетий назад, нам пришлось бы из шедевра архитектуры превратить его в бомбоубежище. А специализированных нормативов пока нет. В итоге нам приходится работать вопреки существующим нормам, искать лазейки. Подводя итог, скажу, что Союзу предстоит много над чем потрудиться. Нам нужен свой технический регламент по сохранению культурного наследия, который, я очень надеюсь, мы разработаем в следующем году, — и Министерство культуры нам в этом поможет, нам надо расширять и ГОСТ, и получать коды ОКВЭД... работы много.

Сейчас много говорят об опасности перехода реставрации на коммерческую основу. Существует мнение, что сохранением памятников культурного наследия могут и должны заниматься только государственные научные центры.

– Я бы сказал так: сохранение памятников культурного наследия должно находиться под контролем государства и происходить при участии государственных научных реставрационных организаций, но без привлечения в реставрационный процесс частных компаний в наше время обойтись не удастся. Нужно просто взять этот процесс под объективный контроль и надзор, в том числе и путем создания соответствующей нормативной и правовой базы, о которой я уже говорил выше. Если реставрация памятника будет проводиться по правилам нового строительства людьми, которые никакого отношения к научной реставрации не имеют, как это зачастую у нас и происходит, то да — ничего хорошего из этого не выйдет. А если работа будет вестись по специализированным регламентам, строго в соответствии с научным проектом, и проводить ее будут аттестованные специалисты-реставраторы, пусть и работающие в коммерческой структуре, ничего плохого в том, что при этом будет задействована частная компания, я не вижу. Безусловно, государственные научные реставрационные центры должны заниматься созданием методологии, обучением специалистов и сохранением школы, внедрением новых технологий. Они могут заниматься наиболее важными, знаковыми памятниками, могут разрабатывать научное обоснование проекта — в том числе и по заказу коммерческих структур — и обеспечивать в дальнейшем авторский надзор, но они не смогут взять на себя весь тот объем работ, который сейчас требуется для спасения и сохранения нашего культурного наследия.

Если реставрацией занимаются частные инвесторы, инвестиции должны окупаться, а объект культурного наследия — приносить какую-то прибыль... Вас такая постановка вопроса не пугает?

– У памятника должен быть хозяин. Если даже идеально отреставрированный объект стоит с заколоченными дверями, начинается процесс разрушения, пожары, и труд реставраторов идет насмарку. А таких случаев предостаточно. Один из недавних примеров – концепция сохранения и развития города Выборга, которую мы разработали в ЦНРПМ. В ходе ее создания выяснилось, что многие памятники Средневековья в городе никак не приспособлены, не включены в жизнь города, и только лишь отреставрировать их будет мало, важно включить их в контекст городской культурной жизни. Давайте не будем идеалистами: за счет бюджета все памятники никогда не сохранить, не отреставрировать. Значит, будем исходить из реальной ситуации: нужно привлекать в эту сферу инвесторов, а для этого нужны четко прописанные механизмы проведения реставрационных работ и последующего приспособления. Нужны понятные правила игры, чтобы инвестор был уверен: если он будет соблюдать все предписания проекта, никаких неприятных сюрпризов со стороны надзорных органов не будет. Иначе люди будут просто бояться вкладывать свои деньги в объекты культурного наследия. А если они будут точно знать, какие работы можно проводить, а какие нельзя и в процессе восстановления и в процессе приспособления памятника — будь то музей, выставочный зал или даже гостиница — ситуация будет прозрачной. И с другой стороны — благодаря этим нормам мы будем защищены от таких случаев, когда собственник просто сносит здание бульдозером, а потом заявляет, что оно обрушилось из-за ветхости.

Будет ли Союз сотрудничать с аналогичными организациями других стран? Планируется обмен опытом, образовательные программы? Ведь по части сохранения культурного наследия многим странам Европы есть чем поделиться...

– Безусловно, мы будем развивать совместные проекты в рамках Союза. У нас уже сейчас есть успешные начинания. На базе ЦНРПМ, например, мы организовали пару лет назад Российско-итальянскую школу реставрации. Фактически это были курсы повышения квалификации для наших специалистов: известные итальянские реставраторы, преподаватели университетов читали здесь лекции, проводили мастер-классы, затем наши слушатели проехали по городам Италии и познакомились с методами и технологиями итальянских мастеров на примере конкретных исторических объектов, которые сейчас находятся в работе. Приятно, что в Школе принимали участие специалисты из регионов, которые передали итальянский опыт своим ученикам на местах. В рамках Союза у нас будет больше возможностей для реализации подобных проектов. В планах сотрудничество не только с представителями итальянской реставрации, но и с немцами и французами. Благодаря статусу Союза мы надеемся на поддержку Министерства культуры и тогда наша Школа будет работать на постоянной основе.