Вячеслав Фатин: «Интересы реставрации почти всегда совпадают с национальными интересами страны»

Союз Реставраторов России

Общероссийская общественная
организация, объединяющая профессионалов
в области реставрации

МЕНЮ

Вячеслав Фатин: «Интересы реставрации почти всегда совпадают с национальными интересами страны»

Реставрацию зачастую рассматривают лишь с точки зрения культурной ценности объектов, которые воссоздаются, порой из небытия, искусными специалистами, учеными и архитекторами. Однако именно эта отрасль способна оказывать комплексный эффект на экономическое развитие страны.

ДАТА
15 Декабря 2015

О том, каковы ориентиры и проблемы современной отечественной реставрации, в интервью нашему изданию рассказывает президент Союза реставраторов России, директор ФГУП Центральных научно-реставрационных проектных мастерских при Министерстве культуры РФ Вячеслав Фатин.

– Союз реставраторов России, который вы возглавляете, был организован лишь в декабре 2014 года. Сейчас организация активно работает – в союз уже вступило около 300 специалистов из 40 регионов России. Каковы главные задачи союза?

В этом году в сентябре мы провели первый съезд Союза реставраторов России в Казани, где получили поддержку от специалистов из десятков регионов страны. В наших ближайших планах – организация филиалов союза в 44 субъектах РФ. Могу сказать определенно, что мы не собираемся быть структурой, декларирующей красивые намерения, – мы готовы к конкретной работе и достижению конкретных результатов. Кстати, именно этого – реальных действий – ждут от нас коллеги-реставраторы, которые регулярно пополняют ряды союза. И они уже есть, пусть и небольшие. Раньше, например, некоторые учреждения в регионах даже не удосуживались прислать данные на своих сотрудников-реставраторов, которых выдвигали на награждение в рамках профессиональных премий. Сейчас эта постыдная практика прекращается, и происходит это именно благодаря тому, что запросы теперь идут именно от союза – организации всероссийского масштаба, которая получила поддержку и экспертного сообщества, и федеральных властей.

Одной из главных своих задач мы видим координацию взаимодействия всех структур, которые влияют на развитие реставрационного дела в России и заинтересованы в этом, – от частных экспертных сообществ до федеральных ведомств. Также ключевыми задачами союза являются защита профессиональных интересов и соблюдение кодекса профессиональной этики, представление союза реставраторов в органах государственной власти и средствах массовой информации, сотрудничество с профильными учебными заведениями с целью формирования кадрового потенциала.

– На что вы планируете опираться в своей работе?

В основу мы закладываем богатейшиетрадиции отечественной реставрации – их надо хранить и укреплять. Опыт наших мастеров, имена которых по праву вошли в мировую историю реставрации, должен «оживать» в работе новых поколений реставраторов. И сегодня уже можно сказать, что процесс омоложения профессии реставратора начался – пусть он пока идет слабо, не теми темпами, которыми хотелось бы. Наша задача – поддерживать интерес к профессии у молодых специалистов. А они, поверьте, у нас есть. И они талантливы.

Кстати, на сегодняшний день в Союзе состоит немало молодых специалистов, средний возраст которых около 30 лет. В работе молодой организации, которой является Cоюз, крайне важно соблюсти баланс между богатой традициями отечественной реставрацией и новациями, которые сегодня появляются в отрасли. В этой связи нас не может не радовать тот факт, что в союз вступают как признанные авторитеты реставрационной отрасли, так и молодые специалисты.

– Но их надо удержать в профессии, а без повышения уровня зарплат это вряд ли возможно…

Вопросы экономики в реставрации – одна из острых тем. Поэтому мы выступаем за отраслевой подход к развитию реставрации, который учитывает специфику труда наших специалистов в полной мере. Что такое возрожденный памятник архитектуры для региона? Это не только забота о культурном наследии, социальное значение, это и шанс привлечь туристические потоки, инвестиции в развитие инфраструктуры. И, кстати, сегодня есть регионы, которые активно это направление развивают. Яркий пример – Владимирская область, где власти большое значение уделяют возрождению уникальной усадьбы в Муромцево.

Поэтому экономические перспективы у человека в реставрации имеются – другое дело, что их нужно реализовывать. Для этого и создан наш союз, чтобы отстаивать профессиональные интересы, которые зачастую отвечают нашим национальным интересам. Поэтому одно из наших предложений – ввести в качестве одного из критериев оценки деятельности губернатора сохранение памятников культуры.

– Ваш Cоюз впервые предложил разработать Кодекс профессиональной этики реставраторов. Расскажите о нем поподробнее.

У нас в стране в области реставрации ничего подобного еще не было. Люди, вступающие в Cоюз, принимают кодекс и априори должны его чтить и строить свою работу с учетом его положений. Это этические правила жизни, по которым мы дальше будем работать и жить. Документ этот направлен на повышение стандартов профессиональной деятельности. Кодекс, по нашему мнению, станет одним из инструментов для экспертов и специалистов, с помощью которого можно будет внедрять новации в нормативно-правовое, законодательное регулирование отрасли, в разработке идей, способствующих появлению новых законопроектов в области реставрации.

Принципиально, что с помощью кодекса мы хотим вывести из практики случаи, когда реставраторов-коллег критикуют лишь потому, что хотят «отодвинуть» от заказа на работы по объекту. Это, согласитесь, нечестная конкуренция, и кодекс призван помочь решить эту проблему. Также с его помощью мы намерены выстроить систему оценки достижений специалистов реставрационного сообщества – на этой основе мы планируем награждать лучших профессиональными премиями. Это важно и в плане имиджа профессии, привлечения в нее молодых кадров.

– Вы уже заявляли в СМИ, что за деятельностью реставратора, входящего в Союз реставраторов, будет осуществляться контроль – как это будет происходить на практике?

При Союзе реставраторов создана Комиссия по этике, которая будет принимать решения по тем или иным нарушениям кодекса. Меры, которые могут применяться в рамках союза, – это исключение или предупреждение. К тому же союз выражает мнение сообщества реставраторов, и нерадивый коллега, который уличен в нарушении этики, автоматически получит среди заказчиков «черную метку». В Европе это тоже практикуется, и если это случается там с кем-то, то для реставратора такой поворот означает, по сути, уход из профессии.

Важно и то, что многие наши коллеги являются федеральными экспертами, проводящими историко-культурные экспертизы, которые заказываются по линии Министерства культуры, региональных органов охраны. В этих ведомствах могут и не знать о квалификации, опыте работы того или иного эксперта, а реализация норм, предусмотренных кодексом, позволит собрать базу данных специалистов-реставраторов. И в случае, если тот получил «черную метку», о которой мы говорили, заказчик просто откажется от его услуг.

– Планирует ли Союз реставраторов заниматься издательской деятельностью?

Популяризацию культурного наследия России мы считаем одной из основных задач нашего союза. К сожалению, у нас говорят о памятниках зачастую в негативном контексте: рухнул, разрушен, сгорел… Позитивной информации крайне мало. Между тем в сфере сохранения объектов культурного наследия делается очень многое, но никто об этом не знает. Речь не о том, чтобы знать «как было, а как стало», – даже статистика не ведется, сколько ежегодно сдается отреставрированных памятников. А ведь это сотни объектов, связанных с историей нашего государства, об этом необходимо говорить на самую широкую публику. Как и о тех потрясающих людях, уникальных мастерах, которые трудятся на объектах в регионах.

И это не вопрос пиара или даже просто информирования – это вопрос воспитания. Лично мне хотелось, чтобы люди, рассматривая руинированный памятник, думали не о том, как его снести, а о том, как его отреставрировать. Люди должны меняться: у многих взгляд «замылился», они уже не видят красоты памятника. Иногда когда я приезжаю на объекты в регионы, то слышу: «Вот у вас в Москве так хорошо сохраняют памятники». Так и у вас будет хорошо, если хотя бы отреставрировать исторические улицы, убрать рекламу с фасадов памятников, которые никто не помнит, как они выглядят!..

– Возможно, это связано с отсутствием средств на реставрацию?

Здесь есть проблема – сложности согласования, нормативные пробелы и недочеты способны увеличить расходы на реставрацию в разы. Сегодня, например, в Градостроительном кодексе РФ прописано: если на объекте культурного наследия, согласно проекту, предстоит провести ремонт его несущих частей, влияющих на конструктивные характеристики и безопасность объекта, то необходимо провести госэкспертизу объекта. Фраза вроде бы «дежурная», но проблемы она создает реставраторам серьезнейшие. Прежде всего, госэкспертиза прописана лишь для новых зданий, которые строятся «с нуля», а не для тех, которые реставрируются или воссоздаются. Очевидно, что требования в том и другом случае различаются кардинально, и это чревато увеличением расходов времени и средств на работу по объекту. Причем увеличения существенного – в два, а то и в три раза.

Мы вынуждены констатировать, что сегодня в нормативно-правовом поле у нас реставрация зачастую спутана со строительством. Хотя реставрация – это, грубо говоря, не стройка, а капремонт, где не требуется столько согласований, сколько приходится проходить сегодня при реставрационных работах. При этом время согласований растягивается на годы! Кроме того, при средней стоимости работы в три миллиона рублей мы вынуждены тратить как минимум столько же на создание условий для проведения реставрации, предусмотренных действующим порядком госэкспертизы. И стоимость работ возрастает вдвое – причем по тем расходным статьям, которые абсолютно не нужны для выполнения заказа. Такая ситуация приводит к таким абсурдным вещам, от которых не знаешь, плакать или смеяться – снести памятник и построить его заново намного выгоднее, чем его отреставрировать!

Есть у этой проблемы решение?

Нам представляется, что им должно стать введение ведомственной экспертизы объектов культурного наследия, проводимой при участии специалистов-реставраторов Минкультуры РФ. Такой механизм позволит учитывать специфику реставрационной деятельности, что, в свою очередь, позволит избежать необоснованной бюрократической волокиты и увеличения расходов работ.

– По вашему мнению, памятники архитектуры нужно приспосабливать к условиям современности?

Безусловно, и это важнейшее и интереснейшее направление! До начала реставрации необходимо, изучив объект (а это происходит с привлечением целой команды ученых), разработать концепцию восстановления памятника или целого ряда памятников в рамках одного объекта. Здесь мы можем гордиться тем, что наши коллеги, специалисты Центральных научно-реставрационных проектных мастерских при Минкультуры РФ, разработали достаточно большое количество таких концепций. Одна из наиболее ярких – концепция восстановления исторической части Выборга, которую в регионе уже называют «Выборгской энциклопедией». Было приятно узнать, что сейчас на основе нашей концепции преподают уроки родного края в школе.

Работа действительно уникальная – мы впервые разработали подобный документ для целого города, в котором соединены памятники нескольких исторических эпох! Составили «карту собственности» – до этого никто не знал, в чьей собственности находится тот или иной объект (федеральной, региональной и пр.). Именно такие проекты создают позитивный образ нашей профессии, делают людей неравнодушными к сохранению и восстановлению памятников культуры.

Фото: Александр Савчук