Статьи

Союз Реставраторов России

Общероссийская общественная
организация, объединяющая профессионалов
в области реставрации

МЕНЮ

Реставрация уникального полоцкого храмa XII века: какие секреты скрывают древние фрески

ДАТА
21 Июня 2019

Уже неделю студенты-историки Полоцкого государственного университета перебирают и перетрясают землю у стен местного Спасо-Преображенского храма. В этом году они поднимут и изучат почву на 80 квадратных метрах. Что обнаружат, сказать пока сложно. Но вот находки прошлых лет, сделанные на этом месте, вызывали интерес у всего археологического мира — фрагменты иконы Святого Георгия, печать Евфросинии Полоцкой, а еще уникальные фрески XII века и кокошники под скатной крышей. Какие еще загадки таит в себе храм Полоцкого Спасо-Евфросиниевского женского монастыря, узнавала корреспондент «Р». 

Земля раскрывает тайны

К этому времени исследователи подняли на свет уже более 10 тысяч фрагментов фресок. А еще два фрагмента иконы Святого Георгия и печать преподобной Евфросинии Полоцкой, кровельные свинцовые листы, чертеж древнего храма на плинфе — хорошо обожженном тонком кирпиче в 3—4 сантиметра. Все эти уникальные артефакты пока хранятся в лаборатории археологии, этнографии и антропологии кафедры истории и туризма Полоцкого университета. В дальнейшем они попадут в фонды музеев. Однако самая главная и, пожалуй, неожиданная находка — галереи, пристроенные с трех сторон храма, и подземная церковь. Они в корне изменили представление о храме. 

— До 2015 года мы думали, что церковь XII века сохранилась в привычном для нас виде. Но раскопки показали: изначально она выглядела иначе, — уточняет старший преподаватель кафедры истории туризма Полоцкого госуниверситета Алексей Коц. — Например, с севера и юга к ней были пристроены галереи. Со стороны входа возведен экзонартекс. Чтобы было вам понятнее, объясню — это нечто вроде вестибюля.


Важнейшая находка — подземный храм с лестницей, алтарем и специальной нишей на трехметровой глубине. В нем предположительно мог быть похоронен отец Евфросинии Полоцкой. Таких каменных памятников на территории Восточной Европы в X—XII веках не было. 

Новые открытия имеют значимый вес в археологии и архитектуре древнерусского зодчества. Это единственный храм в нашей стране, сохранившийся в таком состоянии. 

— Мы увидели, что храм строили не по согласованному проекту, как сейчас, а, если можно так сказать, по наитию. Потому что если требовалось к нему что-нибудь пристроить, то пристраивали, иногда разрушая уже построенное, — уточняет Алексей Коц. — Это хорошо видно при раскопках. Но архитектурные проекты все же были. Подтверждение — часть кирпича с нанесенным на него чертежом. Это один из самых ранних чертежей храма, найденных на территории Европы. 


Вместе со старшим хранителем Спасо-Преображенского храма монахиней Кирой (Цыбульской) мы отправляемся к западной стене. Вижу ту самую галерею, о которой рассказывал Алексей Коц. Фундамент церкви — из валунов, без раствора и довольно сильно разрушен. Позже его обложат кирпичом, сделают вертикальную глиняную гидроизоляцию и засыпят грунтом обратно. По-другому сохранить древнюю конструкцию для потомков не получится. А вот туристы, вполне возможно, смогут увидеть храм с первоначальными постройками в 3D-модели.

В 2025 году Спасо-Евфросиниевский монастырь будет праздновать 900-летний юбилей. К этому событию в храме предполагается завершить реставрационные работы
Осматриваю стену. Теперь я знаю, как выглядел фасад в XII веке — он был золотисто-бежевого цвета. Провожу по нему ладонью и удивляюсь гладкости. Видно, что штукатурка была качественной, да и древний мастер к своему делу оказался неравнодушным. Обращаю внимание на ровные линии вдоль стены. Возможно, это была основа для декоративного украшения храма. 

— Штукатурку здесь снимали не молотком строители, а скальпелем художники-реставраторы. Они убирали слой за слоем, это позволило обнаружить сенсационные вещи, — уточняет монахиня. 

На стене много надписей иезуитского периода. Они в каком-то смысле вариация современных граффити. В большинстве случаев это надписи типа «Здесь был Вася», только в те времена это были Джозефы, Петры и Янеки. На самом деле такие «картинки» — свидетельство того, что до XVII века храм не ремонтировали и даже не штукатурили. Обращаю внимание на отверстия в стене — как будто из них торчали палки или брусья. Так и есть — это отверстия от строительных лесов, которые устанавливали во время возведения храма. 

Крыша в кокошнике

И вот я в храме — единственном в Беларуси памятнике XII века, где почти полностью сохранилась фресковая роспись. Он небольшой, однако ощущения тесноты нет. Дух в нем захватывает от необычайной красоты. Буквально каждый сантиметр храма расписан. Лики святых и библейские сюжеты в византийском стиле выписаны очень подробно. Изображения сохранили даже сочные цвета. Что, впрочем, неудивительно — древние мастера писали натуральными красками по сырой штукатурке. 

Реставрация началась в 1990-х годах. Возглавил ее белорусский реставратор Владимир Ракицкий. В 2006-м присоединились московские специалисты из научно-реставрационного художественного управления. Реставраторы применили новые технологии, которые позволили не смывать, а отслаивать более позднюю живопись XVII—XIX веков. Ее перенесли на новое основание и выставляют в художественной галерее Национального Полоцкого историко-культурного музея-заповедника. Сегодня уникальные фрески церкви открыты процентов на 90. Их здесь превеликое множество. Вот, к примеру, Богоматерь Оранта. Обычно такие фрески находятся в крупных соборах, например в Киеве, Новгороде, Константинополе. Композиция «Рождество Христово» расписана очень подробно: Иосиф, Божья Матерь и новорожденный Спаситель, вот только лежит он не в яслях, а в саркофаге. А еще — волхвы на лошадях. Богоматерь с Иосифом убегают в Египет, Елизавета прячет младенца Иоанна от воинов Ирода, внизу мы видим воинов Ирода, которые убивают младенцев. Все фрески — в динамике. Специалисты заделывают выбоины на стенах, тонируют изображения. Главная задача — законсервировать их. 

Поднимаемся на хоры церкви. Здесь расположены две маленькие кельи, одна имеет ярко выраженную форму креста и представляет собой крошечные крестово-купольные храмы. Этакий храм в храме. В ней жила Евфросиния Полоцкая. Лестницу, ведущую к келье преподобной, сейчас зачищает реставратор из Москвы Лариса Пименова. Размеры кельи, кстати, более чем скромные. Она не отапливалась, хотя Евфросиния Полоцкая находилась здесь и летом и зимой. Из узкого окна в помещение льется свет. Монахиня Кира объясняет: в 2015 году одновременно с обнаружением пристроенных галерей было сделано открытие, что здесь не окно, а дверной проем. 

Стены и своды кельи покрывают фресковые росписи. По стилю они отличаются от остальных росписей храма. До революции именно здесь пребывал Крест преподобной. Кстати, при входе в келью — подлинный ктиторский «портрет» Евфросинии. 

Покидаем помещение и поднимаемся по узким деревянным ступенькам на чердак. Попадаем на крышу храма XII века. С сохранившимися так называемыми кокошниками в два ряда. Кокошник в архитектуре — полукруглый, или килевидный, наружный декоративный элемент. Древние мастера не только украсили крышу, но и фактически снизили нагрузку на постамент храма. Их, к слову, обнаружил первый реставратор Владимир Ракицкий. Сейчас они скрыты под скатной кровлей, устроенной в XVIII веке. На крыше была небольшая колокольня, которую разобрали. По мнению реставраторов, этот уникальный храм положил начало строительству храмов в других городах Древней Руси.

sb.by