Россия в пространстве изразца

Союз Реставраторов России

Общероссийская общественная
организация, объединяющая профессионалов
в области реставрации

МЕНЮ

Союз в лицах

Россия в пространстве изразца

Россия в пространстве изразца

- Игорь Игоревич, откуда возник Ваш интерес к этой области русского искусства?

 

- Я закончил Московский Государственный Университет им. М. В. Ломоносова по кафедре археологии в 1982 году и занимался античной историей. Потом, когда волею судеб я оказался во Всесоюзном объединении «Союзреставрация», где работал с археологом Еленой Леонидовной Хворостовой, полученные знания и навыки пригодились мне уже применительно к русской археологии. Так началась моя история изучения российского и советского изразца. Через много лет я вновь вернулся к этой теме уже в составе Союза реставраторов России. Мы обратились к архивным материалам В/О «Союзреставрация», где хранятся материалы научной темы «Свод древнерусской архитектурной керамики», которая выполнялась в 1976-1988 гг. под руководством Елены Леонидовны. И поначалу хотели просто публиковать эти исследования, проиллюстрировав их новыми современными фотографиями. Но в процессе работы над проектом родилась идея уйти от узких рамок сделанной работы и исследовать российский фасадный изразец от средневековья до наших дней, взять все пространство России от западных рубежей до восточных и от северных до южных. Полтора года назад Вячеслав Фатин одобрил этот проект, который сегодня охватывает 35 субъектов федерации и включает в себя 441 объект.


 

- Расскажите о тех памятниках, которые Вы посетили за это время, чем запомнились эти поездки?

 

-   Пока мы побывали далеко не везде. Ведь пространство изразца поистине огромно. Самый западный памятник в нашем проекте – это Успенский Псково-Печерский монастырь, церковь Благовещения 1541 года, на которой находится изразцовый летописец. Самый восточный – железнодорожный вокзал Владивостока работы архитектора В.А. Покровского, украшенный почти тысячей изразцов и майоликами работы А.В. Филиппова (артель «Мурава»), который был построен в 1908-1912 гг. к открытию Транссиба. В самых северных районах мы посетили Архангельскую область, храм Преображения в Холмогорах 1685 года, а на юге – памятники Ялты, построенные архитектором Н.П. Красновым (Ливадийский дворец, Александроневский собор, вилла археолога А.Л. Бертье-Делагарда и пр.)

За время предварительного сбора материала уже стало понятно, что многие расхожие представления об изразце оказались не совсем правильными. Прежде всего, это касается временных рамок предмета исследования. Древнерусская архитектурная керамика отделена от архитектурной керамики XV-XVIII вв., которая, в свою очередь, отстоит на несколько десятилетий от архитектурной керамики XIX – начала XX вв. Получается, что общеизвестная история сосредотачивалась вокруг прекрасных майолик Степана Полубеса и изразцов в Ново-Иерусалимском монастыре. Вокруг этой истории от центра к периферии расходится кругами изразцовое искусство, вспыхивая порой не менее яркими региональными центрами ярославского, великоустюгского, псковско-новгородского изразца. Оказалось, что изразцовое искусство, начиная со второй половины XVI века, практически без цезуры, плавно перетекает в XXI век, которое составляет единую пространственную и временную культурную целостность.


 

- Помимо исторической и культурной ценности проекта что Вас увлекает в этой работе?

 

- Зачастую изразец находится высоко и его не всегда хорошо видно, его порой невозможно измерить. Имеющиеся сейчас возможности позволяют получить крупноформатные снимки очень хорошего качества. Мне очень интересно представить всю собранную информацию в доступном виде, чтобы любой пользователь мог зайти на общедоступный ресурс, где будет указан адрес памятника, представлены сами изразцы, чтобы у человека возникло желание поехать и увидеть воочию эту красоту. А для профессионалов важно представить широту панорамы, на которой работает каждый узкий специалист на своем памятнике, чтобы возникало единство духа. Работая с архивами Е.Л. Хворостовой, мы воочию убедились, что каждый изразец описан на карточках ручной работы. И когда мы приехали фотографировать крупным планом изразцы в Борисоглебский монастырь Ростовского района Ярославской области, то увидели, как они были дополнены реставраторами в девяностые-двухтысячные годы с момента их скрупулезной фиксации Еленой Леонидовной. Тем самым перед нами возникает живое лицо памятника, обладающее аутентичностью, которую начинаешь замечать на этих крупных фотографиях. Когда видишь работу трехсотлетней давности, как она живет, как она существует в определенных условиях, то возникает сильное эмоциональное чувство. Оно дает понимание того, что нужно сделать, чтобы этот памятник продолжал существовать либо в хорошем состоянии, либо перестал находиться в плохом или даже ужасном состоянии. В нашей работе нет изначального заказа на тот или иной период, на ту или иную оценку, мы показываем все, что можем увидеть в едином пространстве изразца. И в этом я вижу миссию нашей общественной организации Союз реставраторов в целом, и свою лично, как археолога.

  
  


Возврат к списку